fringilla_pinso (fringilla_pinso) wrote,
fringilla_pinso
fringilla_pinso

Берта фон Зутнер "Долой оружие!"

Берта фон Зутнер - борец за мир, первая женщина, получившая Нобелевскую премию мира, и вторая, получившая Нобелевскую премию вообще, после Марии Кюри.
Вы все видели ее портрет на австрийской монете в 2 евро, если вы обращаете внимание на изображения на монетах.

Роман "Долой оружие!" - пронзительная, рвущая сердце книга. Помещаю немецкую обложку, потому что русской не нашла. В сети только старый перевод Александры Линдегрен от 1903 г.


Это вторая книга, над которой я плакала. Первой была "Ковер-самолет до Багдада" Халы Джабер, которую я когда-то переводила с английского

В центре сюжета - история богатой аристократической семьи и в первую очередь - главной героини, Марты Альтгауз. В начале она совсем юная девушка, восторженная, пылкая красавица, мечтающая о славе Жанны д'Арк. Ее отец - генерал австрийской армии, воевавший с Радецким. Все ее окружение воспитано в патриотических чувствах и восхищении военными. Статские считаются людьми второго сорта. И когда Марте делает предложение красавец-гусар, Арно Доцки, она, конечно, отвечает на его чувства. Через год сыграна свадьба. Идет время, и у счастливой пары рождается сын, которому конечно же прочат военную карьеру.

Двух месяцев от роду Руру был произведен нами в ефрейторы. Ведь назначают же всех крон-принцев, тотчас по рождении, шефами полков, почему же и нам было не наградить своего крошку воображаемым чином? Такая игра "в солдатики" с нашим карапузиком сделалась для нас любимой забавой.

Но как ни хорошо молодому военному с красавицей женой и крошкой сыном, а все равно сердце его жаждет славы на поле боя. Поэтому, когда "подворачивается подходящая война с Сардинией", Арно идет туда добровольцем, не взирая на то, что его полк оставляют в Вене. Марта в отчаянии, она боится потерять мужа. Но супруг и отец стыдят ее за неподобающее для солдатской жены поведение. Не сочувствует ей даже старушка тетка. Война - первое дело для солдата и возможность отличиться. Кругом - сплошное ликование и разговоры о том, как "мы им покажем" и как "мы их побьем". Ни слова о том, что война несет с собой смерть и горе. Нет. Только вечную славу павшим и вечный почет их родным.





-- Как ты полагаешь, папа -- спросила я однажды, -- если мы потерпим еще одно поражение, тогда, пожалуй, будет заключен мир? Если так, то я готова пожелать...




-- Опомнись, Марта! Как тебе не стыдно? Да пусть будет у нас семилетняя, а не то хоть тридцатилетняя война, только бы в конце концов победило наше оружие и мы сами про­диктовали условия мира. Зачем же люди идут на войну? Уж, конечно, не затем, чтоб как можно скорее ее покончить! Тогда лучше просто сидеть дома.





Однако когда с театра военных действий начинают приходить списки убитых, положение меняется. Славная старушка, знакомая Марты, которая так радовалась, что ее сын идет на войну, теряет рассудок, когда ей сообщают о его гибели. А затем приходит и весть о смерти Арно... Марта потрясена, горе ее безгранично. Однако ничто, казалось бы, не в силах поколебать милитаристские убеждения ее отца.




-- Жертвам этой войны можно позавидовать: они не видят нашего унижения. Но мы опять ополчимся, хотя теперь, как говорят, дело клонится к заключению мира.




-- Ах, дай-то Бог, -- перебила я. -- Для меня, несчастной, конечно, уж поздно... но зато уцелеют тысячи других.




-- Ты вечно думаешь о себе и об отдельных личностях; между тем, здесь идет вопрос о нашей родине.




-- Да разве она не состоит из отдельных людей?




-- Дитя мое, империя, государство живет более продолжи­тельной жизнью, чем индивидуумы; исчезают поколения за поколением, а оно развивается дальше: приобретает славу, величие, могущество, или же клонится к упадку и гибнет, если допустит другия государства одолеть себя. Поэтому, важнее и выше всего, к чему должен стремиться каждый отдельный человек, за что он должен быть готов во всякое время сложить свою голову, -- именно существование, величие и благоденствие государства.

Такими останутся его убеждения до конца жизни, и только на смертном одре он признает, что война - это зло, но только после того, как она отнимет у него почти всех его близких.

А тем временем Марта - богатая молодая вдова. Глубоко затаив печаль после потери мужа, она посвящает свое время сыну Рудольфу и чтению исторических книг. Однажды в ее руки попадает "История цивилизации" Томаса Бокля, которая совершает переворот в ее сознании.




Когда я прочитала оба тома раз и два, то почувствовала себя, как человек, который жил всю жизнь в глубокой котловине и в первый раз попал на вершину одной из соседних гор, откуда перед ним открылся свободный вид на окрестности с различными строениями и садами, на скалистый берег и безбрежное море, убегающее из глаз в туманной дали.

  Традиционной "восторженности", с какою историки обыкновенно распространяются о жизни великих завоевателей и опустошителей мирных стран, я не нашла у Бокля и следа. Напротив, он доказывает, что самое почтение к военному сословию стоит в обратном отношении к высоте культуры народа; чем дальше в глубь варварских времен, тем чаще взаимные нападения, тем теснее границы мира: провинция восстает на провинцию, город на город, племя на племя. Английский писа­тель подчеркивает еще то обстоятельство, что не только сама война, но и "любовь" к войне ослабевает по мере духовного развитая общества. Это более всего пришлось мне но душе.

Чтение Бокля привило мне привычку к серьезному мышлению, и я поняла, какое наслаждение для мыслящего человека расширять все дальше и дальше свой умственный кругозор. Поэтому, после "Истории цивилизации", мною были внимательно прочитаны еще несколько сочинений в таком же роде. И возбужденный ими интерес, почерпнутые в них духовные наслаждения много способствовали наступлению третьей фазы -- они излечили меня от меланхолии.

Марта снова окунается в светскую жизнь и на одном из раутов знакомится с мужчиной, который впоследствии составит счастье всей ее жизни. Барон Фридрих Тиллинг. Они поженятся и будут так счастливы не только своей любовью, но и глубоким духовным родством и общностью убеждений, что такому единению душ можно лишь позавидовать.
Однако вездесущая война настигнет героев еще не однажды. Муж Марты - военный. Он считает непозволительным для себя выйти в отставку, чтобы жить на средства жены, потому что сам недостаточно богат. А значит, ему приходится идти воевать при первом же конфликте, каким бы смехотворным ни казался повод к нему. На этот раз Австрия и Пруссия выступают союзниками против Дании за освобождение Шлезвиг-Гольштинии.
Когда Фридрих уходит воевать, Марта не находит себе места от беспокойства, и, стараясь как-то развеяться, начинает изучать историю и корни конфликта, приведшего к очередной войне.

Это заставило меня ревностно приняться за изучение истории Шлезвиг-Гольштинии, с целью составить себе ясное понятие об "историческом праве", которое германский союз принялся подтверждать в настоящее время огнем и мечом.

Вдумчивое чтение заводит ее в глубочайшие исторические дебри, из которых в конце концов она выходит с единственным убеждением

Ведь Господу Богу нужно, чтобы протокол 8 мая был уважен, а закон 13 января отменен; он должен устроить так, чтобы именно столько людей погибло и столько деревень было сожжено, сколько требуется для восстановления прав Глюкштадтской или Аугустенбургской линии, которой предстоит упра­влять известным клочком земли. О, неразумный, жестокий, бессмысленный мир, позволяющий водить себя на помочах! Таков был вывод из моего знакомства с историческим развитием шлезвиг-гольштинского вопроса.

К счастью, Фридрих возвращается из похода невредимым. Супруги вновь счастливы, но теперь еще больше ненавидят войну. Казалось бы, жить да радоваться. Но долгого счастья им не суждено. Впереди новая война. Еще более жестокая и братоубийственная. На этот раз Австрии против Пруссии. Дело усугубляется тем, что Фридрих - пруссак, состоящий на службе в Австрии, т.е. фактически ему предстоит драться с собственными земляками.
На этот раз до Марты даже не доходят письма, и охваченная паникой, она решается на отчаянный шаг. Она едет на фронт, чтобы стать сестрой милосердия, а заодно разузнать о муже. Предприятие это завершается очень быстро, ибо насмотревшись на ужасы и страдания раненых, Марта очень скоро возвращается домой, не имея мужества выносить тяжелое зрелище.
Фридрих выживает и возвращается домой, но последствия войны трагически для семьи. Практически все близкие Марты - две сестры, брат, женихи сестер, отец и тетя - погибают от эпидемии тифа.
Ненадолго наступает мирное время, которому суждено вновь быть прерванным, на этот раз войной между Францией и Пруссией. На этот раз Фридрих уже не идет воевать, потому что после возвращения с последней войны подал в отставку. Однако гнусная суть войны такова, что она не щадит никого - ни военных, ни штатских. И стечение роковых обстоятельств отнимает у Марты ее горячо любимого мужа...

Каким образом это случилось, не скажу. Нужно читать. Я пересказала лишь основные моменты, но книга гораздо глубже, интереснее и поучительнее, чем может передать краткий пересказ. Чего стоят одни разговоры Марты и Фридриха о смысле человеческого существования и развитии цивилизаций.
Вся история невероятно пронзительная, повторюсь. Оторваться от нее невозможно. Сочувствие и переживание не отпускает ни на минуту.

Приведу окончание. Уже взрослый сын Марты в присутствии гостей произносит тост.




Уже занимается заря сознания, что справедливость должна лежать в основе всякой социальной жизни, и это сознание воспитает новое человечество, "благородное человечество", как говаривал Фридрих Тиллинг... Мать, этот бокал я осушаю в память твоего незабвенного усопшего, кото­рому я также обязан своим духовным развитием. Пусть никто больше не пьет из этого сосуда -- Рудольф бросил его об стену и разбил вдребезги -- и пускай также сегодня, на крестинах новорожденного, не произносится другого тоста, кроме этого: да здравствует будущее! Чтобы исполнить его задачи, станем закалять себя. Нет, не отцам отцов наших, как говорится по-старинному, хотим мы идти во след, чтобы по­казать себя достойными их -- нет, не их, а сыновей наших внуков!.. Мать, что с тобою? -- прервал он свою речь, -- ты плачешь?.. что ты там видишь?..




Мой взгляд был обращен к отворенной стеклянной двери, выходившей в сад. Лучи заходящего солнца окутали розовый куст золотистой трепещущей дымкой, и из нее выделялся, как живой, тот образ, который я видела во сне и наяву: вот блестят садовые ножницы, вот голова с серебристой сединой. "Не правда ли -- улыбается и кивает мне Фридрих -- ведь мы с тобой счастливая почтенная парочка?"




Горе мне!...




Tags: bertha von suttner, австрийская литература, рекомендую
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments